А как бы действовал я в целях обеспечения общественной безопасности на месте не согласованной с властями акции у Гостиного двора? Будь я на месте генерала Агошкова.

1) плотная цепочка сотрудников вдоль наружной стороны галереи у выхода из метро (метров двадцать), плюс пять сотрудников, которые будут разгонять зевак с маленькой площадки между дверями и цепочкой, дабы обеспечить свободный выход из метро. Сотрудники милиции метрополитена занимаются тем же внутри вестибюля.

2) плотная цепочка метров пятнадцать длиной перпендикулярно Гостиному в семи метрах от подземного перехода, дабы обеспечить свободный проход туда. Плюс пяток сотрудников, разгоняющих зевак с прохода.

3) Засадный полк человек в сто в районе Садовой, чтобы в случае чего вытеснить толпу с площадки в сторону здания Думы.

4) Ещё одна группа в районе середины Гостиного двора, она и занимается в случае чего задержаниями.

5) Человек пятнадцать в форме плюс ещё некоторое количество оперативников патрулируют место проведения акции. Их задача — представляться людям с мегафонами и требовать прекратить проведение митинга (раз уж он не согласован). В случае отказа их можно задержать. Но в принципе, можно и не заморачиваться на мегафоны. Опять-таки, кто-то же должен аккуратно снимать человека с мегафоном с крыши ларька и оформлять ему мелкое хулиганство. Кроме того, задерживать людей, призывающих к экстремистским действиям. Можно задерживать не в процессе, а когда они уже поедут домой.

И всё. И ждать, пока само рассосётся. Итог акции будет — пятеро задержанных, на которых есть все юридические основания для административного наказания, вагон свидетелей и видеозаписей. Это всё оформляют пять толковых сотрудников, способных к этой работе. Таких можно отыскать в милиции. Люди часок покричат и разойдутся. Общественный порядок не страдает, несколько сотен сотрудников милиции вместо целого вечера оформления протоколов на сотню задержанных — занимаются своими делами. Никаких хорьков.

И пусть меня через месяц уволят за то, что не разогнал толпу.

В братской вражеской Беларуси приняли закон о психологической помощи, который прочитал utro_vecher. В нём много хорошего. Вот, например из статьи 19 «Права и обязанности граждан при оказании им психологической помощи»:

Граждане при оказании им психологической помощи обязаны выполнять рекомендации психолога

А то вот некоторые сейчас работают. Одна коллега говорит, что у них на предприятии в производственном помещении температура поднимается до +45. Но поскольку нет таких преступлений, на которые не пошёл бы капитал ради 300% прибыли, то проблема решается — девушек, упавших в обморок, заменяют на рабочем месте офисные сотрудники.

Интересный вопрос — ну вот у нас в программе движения «Солидарность» записано, что

161. России необходимы сильные и независимые от властей и работодателей профсоюзные организации, которые не на словах, а на деле защищают права работника. Цель демократических политиков — добиваться условий для беспрепятственного осуществления независимыми профсоюзами своей деятельности.

Но вот ведь вопрос — каковы эти условия и как их добиваться?

Согласно федеральному законодательству проведение общественных мероприятий запрещается в следующих местах:

1) территории, непосредственно прилегающие к опасным производственным объектам и к иным объектам, эксплуатация которых требует соблюдения специальных правил техники безопасности;
2) путепроводы, железнодорожные магистрали и полосы отвода железных дорог, нефте- , газо- и продуктопроводов, высоковольтных линий электропередачи;

1) Что закон подразумевает под «опасным производственным объектом»? И под «иным объектом»? Есть ли какие-то разъяснения данного вопроса?
2) Что означает «непосредственно прилегающие»?

Если я правильно понял деталировку в петербургском местном законе, то к «иным объектам» относятся, например, станции метрополитена и их вестибюли, а «Непросредственное прилегание» ограничивается 50 метрами.

Иначе говоря, мост не является законным местом проведения общественного мероприятия, включая одиночные пикеты. В то время как набережная в 50 метрах от моста, я полагаю, вполне годится.

Я тут подумал, что надо сделать одиночные пикеты чем-то более ярким. Никакие законные нормы ведь не мешают мне сделать агитационный материал к моему одиночному пикету метров двадцать шириной? Развернул, значит, такой плакатик в месте поудобнее и стой себе. Из закона я сделал вывод, что на мосту стоять нельзя. Может быть, и в 50 метрах от моста нельзя (хотя, думаю, это касается только разводных мостов, которые как раз являются, в отличие от обычных, объектом, требующим соблюдения особых правил безопасности).

Кстати, а на пешеходном мосту можно проводить одиночные пикеты? Автомобильный идёт по категории «путепровод». А пешеходный?

В ответ на мою просьбу возбудить уголовное дело в отношении неизвестного мне сотрудника Администрации Петербурга по поводу его действий во время незаконного прекращения акции 1 мая, прокуратура пишет, что направляет его для рассмотрения по подведомственности вице-губернатору Петербурга В.В. Тихонову по вопросу обжалования действий Комитета по вопросам законности, правопорядка и безопасности.

С каких пор вице-губернатору подведомственно возбуждение уголовного дела против чиновника администрации?

Вопрос — что мне делать в такой ситуации — писать в прокуратуру запрос на основании чего они полагают требование о возбуждении уголовного дела обжалованием действий? Или как? Я хочу сам пройти по всему пути и добиться во всех инстанциях отказа в возбуждении уголовного дела или же его возбуждения.

Замечательный документ эпохи для будущих историков.

Анализ оперативной обстановки показывает, что террористы пытаются влиять на массовое сознание, говорится в документе за подписью заместителя генпрокурора Виктора Гриня. Информационно-идеологическая война в том числе преследует цели дестабилизировать внутриполитическую обстановку и «поощрить мнимых “борцов” за права человека, оппозиционеров, сепаратистов, участников бандформирований…» Наиболее серьезной проблемой Генпрокуратура называет осуществление терактов под прикрытием радикального ислама, однако «активизировалась и преступная деятельность праворадикальных формирований», ярким примером которых служит Национал-большевистская партия — «наиболее структурированное радикальное молодежное объединение». Нацболы координируют протестные действия с «так называемой непримиримой оппозицией» — «Другой Россией» и РНДС экс-премьера Михаила Касьянова, обучают молодежь «теории и практике силового противостояния правоохранительным органам на примере цветных революций в Грузии, Киргизии и на Украине». Скоординированность действий оппозиционеров свидетельствует о «централизованном воздействии на них со стороны идеологов “демократизации” России по западному образцу», подчеркивает Генпрокуратура. По ее мнению, опасны и сторонники русского национализма.

via oleg_kozyrev

Даже не знаю. Определять что-то по показаниям ребёнка крайне трудно. То ли говорит что-то странное, потому что ребёнок, то ли потому что родители сказали говорить одно, а ребёнок видел нечто другое, вот всё и перепуталось. Я имею в виду ответы про водку начиная с 45 секунды. «Они не знали, что это не лимонад».

Российское авторское общество предъявило счёт организаторам концерта хора ветеранов за несанкционированное публичное исполнение песни «Смуглянка».
http://www.vesti.ru/doc.html?id=349228. Не могу не поддержать защитников авторских прав, считаю, что правила должны быть одинаковыми для всех. Почему вдруг ветеранам можно петь бесплатно советские песни, а мне нельзя?

Вообще-то нас ещё ждёт много интересного в этой сфере, если мы не начнём всерьёз разбираться с национализацией имущественных авторских прав на произведения советских авторов. Особенно чётко это стало понятно в ходе развития русского проекта Википедии, когда искренне не понимающие сути законодательства авторы удивлялись безжалостному вырезанию сотен и тысяч иллюстраций к их статьям на основании того, что они являются объектами авторского права без лицензии.

Думаю, надо всё-таки дать краткий комментарий к тексту приказа об увольнении М.А. Шишкиной с поста декана журфака.

1) около 11 миллионов рублей, выплаченные по договорам подряда сотрудникам университета, по сути дела, за выполнение своей основной работы — преподавательской. Подозреваю, что использовалось и на других факультетах университета, ибо позволяло оформлять всякого рода премии без лишних проблем, к тому же экономя пару процентов налогов. Обвинение технически верное, но, на мой взгляд, непринципиальное.
2) То же самое, только тут речь об оплате одной и той же работы из бюджета и её же — из внебюджета.
3) В июне 2009 сотрудникам не выплатили какой-то кусок зарплаты. Вряд ли это было сделано просто потому что так захотелось?
4) Тут дикое количество всяческих мелочей, которые предполагают, что декан должен за сотрудниками каждую циферку проверять. Вот, например:
Во всех инвентарных карточках учета основных средств не заполняется раздел «Краткая индивидуальная характеристика объекта», отсутствуют сведения о содержании драгоценных материалов.
Ну разумеется, они там отсутствуют, сведения о содержании драгметаллов, ибо по современным правилам, как я понимаю, они и не указываются производителями оборудования в документации к нему...
При выборочной инвентаризации основных средств установлено расхождение фактического наличия основных средств с данными бухгалтерского учета, а также отсутствие инвентарных номеров на 228 объектах основных средств из 235.
Декан-то тут причём? Есть члены инвентаризационной комиссии, декан только утверждает их акт. Зачем декану ходить и лично инвентарные номера искать?
5. Тут серьёзнее — что-то про несоответствие реальной стоимости выполненных работ той, что указана в договоре. Ну так я думаю, договор-то фирма через тендер выиграла, нет? Поскольку без подробностей — трудно понять, что имеется в виду.
6. Будучи на больничном пользовалась служебной машиной с водителем для визитов в Смольный, в аэропорт. А вот это, на мой взгляд, бесспорное нарушение со всех сторон. Вот от этого ну никак не открутиться.
7. выплатила каким-то студентам соц.стипендию без приказа.

В общем, этот текст вызывает удивление в основном тем, что так мало накопали. Но формально — достаточно.

Был вчера у главного входа СПбГУ — там молодые яблочники устраивали акцию в защиту вечернего и заочного отделений (по ссылке — мой небольшой репортаж).

Задумался там заодно, почему такое разное представление о сотрудниках милиции у тех, кто с ними сталкивается «изнутри», и у тех, кто — «снаружи». Вот я там описал капитана, который не нашёл ничего лучше, как переписывая зачем-то паспортные данные у всех пришедших журналистов, угрожать им, что уж он-то на них найдёт управу. Это же животное в прошлый раз меня зачем-то задержало, а потом куда-то из отделения делось. Другие же сотрудники в ответ на мой запрос о протоколе, сказали, чтобы я сам его искал — пусть он и пишет, коли задерживал. Этот хрен ходил тогда вокруг задержанных и говорил, что больше им в университете не учиться, не работать и диссертаций не защищать. Только законченный параноик будет думать, что ему кто-то приказал пугать задержанных внесудебным преследованием — всё сам, по собственной инициативе. Вот и вчера начал мне что-то говорить о том, какие у него большие возможности доставить мне неприятности. Журналистам он это говорит. Умница, создаёт имидж правоохранительным органам.

Но я уверен, что по отношению к своему начальству он очень мил. Лапочка просто. И проставиться никогда не забывает и остальным напоминает. Вряд ли он кому-то из них чем-то таким угрожает. Хотя думается мне, его всё равно за дурачка деревенского держат даже его коллеги. Но так или иначе, со мной, как с журналистом, в коммуникацию вступает именно он.

Также вспомнил я и о наших студентах. Что это для меня они все пусеньки-лапочки, а когда меня нет, то между ними может идти нешуточная конкуренция за лидерство с использованием не всегда честных приёмов. Но они не со мной ведут эту конкуренцию, так что я этого и заметить не могу (пока они не попытаются меня прямо использовать). В общем, группа друг для друга — совсем не то, что эта же группа для внешнего наблюдателя. Во-первых, потому что внешнему наблюдателю видны совсем не те люди, которых видно изнутри. А во вторых, потому что обращённое наружу лицо может очень сильно отличаться от обращённого к своим.