История про «Розенберга» из далёкого 1984 года

Многие в комментариях у Андрея Мальгина многие интересовались персоной Вадима Розенберга, который показался наиболее омерзительной находкой гебистов, стряпавших фильм «Заговор против СССР» (в котором ещё мой папенька фигурирует в качестве «идеологического диверсанта»). Я решил спросить у своей пожилой родственницы, которая в те годы тоже активно участвовала в этой истории.

И вот что она сообщила:

Ты спросил, кто такой этот Розенберг, и я было хотела ответить, что, собственно, никто, но решила уточнить у Иры Цурковой, к которой, как я помнила, молодой человек явился в 1981 как к машинистке с каким-то то ли гороскопом, то ли чем-то столь же познавательным для перепечатки. И кое-что примечательное неожиданно проявилось.
В конце 1970-х в Ленинграде было так называемое фруктовое дело. Директоров и работников плодоовощных баз, рынков, магазинов трясли и сажали сначала ОБХС, потом КГБ. И некий Вадим Розенберг давал бесконечные показания на всех-всех-всех, как сообщила Ире сидевшая с нею в одной камере женщина, шедшая одной из последних по этому делу.
С Константином Азадовским я виделась сразу после его освобождения. Так этот Розенберг сидел с ним в одной камере в Крестах, когда Костя был под следствием, и произвёл очень приятное впечатление — пока не стало ясно, что все разговоры с ним становятся в деталях известны следователю. Посмотрела сейчас в Википедии, Константину Марковичу подкинули наркоту в 1980-м.
Попав к Ире, Розенберг, работавший, по его словам, в торговле, действительно достал нужные для посылок и поездок на свидание в лагерь дефицитные продукты. В посылку нельзя было даже тушёнку в банке, можно только (это помню!) мясо-овощные или мясо-крупяные консервы. Узнав про эти возможности, Лена Репина немедленно захотела с ним познакомиться, и, хотя Ирино доверие он утратил довольно быстро, в доверие к, скажем так, простодушной жене распорядителя Русского фонда он таки втёрся и какое-то время продолжал таскать сырокопченую колбасу.
Резюмируя, скажу, что вряд ли этот человек носит фамилию Розенберг.
И маленькая деталь, всплывшая в моей памяти.
Розенберг (Ире Цурковой, со вздохом): Я понимаю, вы мне не доверяете…
Ира (наученная старшей подругой): А что именно вы бы хотели, чтобы я вам доверила?
И вдогонку. На суде у Ирины Цурковой Вадим Розенберг был свидетелем. Ей инкриминировались в числе прочего политические анекдоты. В 1982 году. «Анекдоты-пасквили» — так было сформулировано в приговоре. А подборку (довольно большую) этих анекдотов взяли из архива Фонда, сданного Репиными гебистам. И Репин тоже был у Иры свидетелем. Но я ему точно не судья.

Дополню это ещё одной информацией — Репин, который признался в своих жутких злодеяниях и дал все необходимые следствию показания, сделал это только после того, как ему предъявили 64-ю статью, расстрельную…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *